дела
экскурсии
Эти поездки вспоминаются как опыт, в котором люди оказывались не “туристами”, а участниками — тихо включёнными в чью-то настоящую жизнь. Всё происходило без демонстративности: немного дороги, немного дела, много живого разговора. Он устраивал такие поездки в Роскоши и в Щебенчихе, и каждая шла своим ритмом: где-то больше хозяйства и разговоров “по делу”, где-то — дорога, тайга и тишина.
Он устраивал такие поездки в Роскоши и в Щебенчихе, и каждая шла своим ритмом: где-то больше хозяйства и разговоров “по делу”, где-то — дорога, тайга и тишина. И постепенно возникало редкое чувство, что показывают не “места”, а смысл — как человек может держать связь с землёй, с памятью и с людьми, просто, по-человечески. А в конце всегда оставалось чувство, будто ты не просто съездил куда-то, а увёз с собой кусочек смысла.
роскошь
//
В Роскоши Сан Саныч принимал гостей как близких родственников, первым делом увлекая их на свою пасеку. Он с азартом раскрывал премудрости пчеловодства, показывая ульи собственной конструкции и объясняя, почему мед из этого экологически чистого уголка обладает особыми свойствами.
Кульминацией «хозяйственной» части была дегустация: Ковалев щедро угощал посетителей знаменитым домашним шампанским и свежим медком, попутно демонстрируя свою деревянную мастерскую. Там, среди аромата свежей стружки, он показывал, как рождается резная мебель и удивительные игрушки-щелкунчики, а завершался день импровизированным концертом, где песни барда под открытым небом звучали особенно пронзительно.
щебенчиха
//
Экскурсии в Щебенчиху носили более созерцательный и походный характер — это были пешие туры через густую дальневосточную тайгу. Александр вел группу по тропам, которые знал с детства, обучая гостей различать дикоросы и находить самые живописные виды на бескрайние леса. Путь сопровождался рассказами о партизанских отрядах и первопроходцах, а короткие привалы на пикники превращались в творческие паузы с песнями.
Финальной точкой маршрута неизменно становилась построенная им часовня Воскресения Христова: здесь Сан Саныч проводил своего рода импровизированную службу, рассказывая о судьбах земляков и позволяя каждому в тишине насладиться величественным видом, открывающимся с погоста на родную землю.
назад
дела
//
экскурсии
Эти поездки вспоминаются как опыт, в котором люди оказывались не “туристами”, а участниками — тихо включёнными в чью-то настоящую жизнь. Всё происходило без демонстративности: немного дороги, немного дела, много живого разговора. Он устраивал такие поездки в Роскоши и в Щебенчихе, и каждая шла своим ритмом: где-то больше хозяйства и разговоров “по делу”, где-то — дорога, тайга и тишина.
Он устраивал такие поездки в Роскоши и в Щебенчихе, и каждая шла своим ритмом: где-то больше хозяйства и разговоров “по делу”, где-то — дорога, тайга и тишина. И постепенно возникало редкое чувство, что показывают не “места”, а смысл — как человек может держать связь с землёй, с памятью и с людьми, просто, по-человечески. А в конце всегда оставалось чувство, будто ты не просто съездил куда-то, а увёз с собой кусочек смысла.
роскошь
//
В Роскоши Сан Саныч принимал гостей как близких родственников, первым делом увлекая их на свою пасеку. Он с азартом раскрывал премудрости пчеловодства, показывая ульи собственной конструкции и объясняя, почему мед из этого экологически чистого уголка обладает особыми свойствами.
Кульминацией «хозяйственной» части была дегустация: Ковалев щедро угощал посетителей знаменитым домашним шампанским и свежим медком, попутно демонстрируя свою деревянную мастерскую. Там, среди аромата свежей стружки, он показывал, как рождается резная мебель и удивительные игрушки-щелкунчики, а завершался день импровизированным концертом, где песни барда под открытым небом звучали особенно пронзительно.
щебенчиха
//
Экскурсии в Щебенчиху носили более созерцательный и походный характер — это были пешие туры через густую дальневосточную тайгу. Александр вел группу по тропам, которые знал с детства, обучая гостей различать дикоросы и находить самые живописные виды на бескрайние леса. Путь сопровождался рассказами о партизанских отрядах и первопроходцах, а короткие привалы на пикники превращались в творческие паузы с песнями.
Финальной точкой маршрута неизменно становилась построенная им часовня Воскресения Христова: здесь Сан Саныч проводил своего рода импровизированную службу, рассказывая о судьбах земляков и позволяя каждому в тишине насладиться величественным видом, открывающимся с погоста на родную землю.
назад
дела
//
экскурсии
Эти поездки вспоминаются как опыт, в котором люди оказывались не “туристами”, а участниками — тихо включёнными в чью-то настоящую жизнь. Всё происходило без демонстративности: немного дороги, немного дела, много живого разговора. Он устраивал такие поездки в Роскоши и в Щебенчихе, и каждая шла своим ритмом: где-то больше хозяйства и разговоров “по делу”, где-то — дорога, тайга и тишина.
Он устраивал такие поездки в Роскоши и в Щебенчихе, и каждая шла своим ритмом: где-то больше хозяйства и разговоров “по делу”, где-то — дорога, тайга и тишина. И постепенно возникало редкое чувство, что показывают не “места”, а смысл — как человек может держать связь с землёй, с памятью и с людьми, просто, по-человечески. А в конце всегда оставалось чувство, будто ты не просто съездил куда-то, а увёз с собой кусочек смысла.
роскошь
//
В Роскоши Сан Саныч принимал гостей как близких родственников, первым делом увлекая их на свою пасеку. Он с азартом раскрывал премудрости пчеловодства, показывая ульи собственной конструкции и объясняя, почему мед из этого экологически чистого уголка обладает особыми свойствами.
Кульминацией «хозяйственной» части была дегустация: Ковалев щедро угощал посетителей знаменитым домашним шампанским и свежим медком, попутно демонстрируя свою деревянную мастерскую. Там, среди аромата свежей стружки, он показывал, как рождается резная мебель и удивительные игрушки-щелкунчики, а завершался день импровизированным концертом, где песни барда под открытым небом звучали особенно пронзительно.
щебенчиха
//
Экскурсии в Щебенчиху носили более созерцательный и походный характер — это были пешие туры через густую дальневосточную тайгу. Александр вел группу по тропам, которые знал с детства, обучая гостей различать дикоросы и находить самые живописные виды на бескрайние леса. Путь сопровождался рассказами о партизанских отрядах и первопроходцах, а короткие привалы на пикники превращались в творческие паузы с песнями.
Финальной точкой маршрута неизменно становилась построенная им часовня Воскресения Христова: здесь Сан Саныч проводил своего рода импровизированную службу, рассказывая о судьбах земляков и позволяя каждому в тишине насладиться величественным видом, открывающимся с погоста на родную землю.
назад
дела
//
экскурсии
Эти поездки вспоминаются как опыт, в котором люди оказывались не “туристами”, а участниками — тихо включёнными в чью-то настоящую жизнь. Всё происходило без демонстративности: немного дороги, немного дела, много живого разговора. Он устраивал такие поездки в Роскоши и в Щебенчихе, и каждая шла своим ритмом: где-то больше хозяйства и разговоров “по делу”, где-то — дорога, тайга и тишина.
Постепенно возникало редкое чувство, что показывает не “места”, а смысл — как человек может держать связь с землёй, с памятью и с людьми, просто, по-человечески. И в конце всегда оставалось чувство, будто ты не просто съездил куда-то, а увёз с собой кусочек смысла.
роскошь
//
В Роскоши Сан Саныч принимал гостей как близких родственников, первым делом увлекая их на свою пасеку. Он с азартом раскрывал премудрости пчеловодства, показывая ульи собственной конструкции и объясняя, почему мед из этого экологически чистого уголка обладает особыми свойствами.
Кульминацией «хозяйственной» части была дегустация: Ковалев щедро угощал посетителей знаменитым домашним шампанским и свежим медком, попутно демонстрируя свою деревянную мастерскую. Там, среди аромата свежей стружки, он показывал, как рождается резная мебель и удивительные игрушки-щелкунчики, а завершался день импровизированным концертом, где песни барда под открытым небом звучали особенно пронзительно.
щебенчиха
//
Экскурсии в Щебенчиху носили более созерцательный и походный характер — это были пешие туры через густую дальневосточную тайгу. Александр вел группу по тропам, которые знал с детства, обучая гостей различать дикоросы и находить самые живописные виды на бескрайние леса. Путь сопровождался рассказами о партизанских отрядах и первопроходцах, а короткие привалы на пикники превращались в творческие паузы с песнями.
Финальной точкой маршрута неизменно становилась построенная им часовня Воскресения Христова: здесь Сан Саныч проводил своего рода импровизированную службу, рассказывая о судьбах земляков и позволяя каждому в тишине насладиться величественным видом, открывающимся с погоста на родную землю.
назад